понеділок, 14 січня 2019 р.

Абсурдные сказки. Унылая философия

Предназанчение

Люди ждали во мгле свое предназначение. Оно опаздывало. Похоже, расписание, которое было небрежно приклеено к столбу позора, уже давно потеряло свою актуальность. Кто-то не выдерживал и уходил, кто-то пытался заводить разговоры, что бы скаратать время. Иногда приходил кто-то новый, и все снова шло по кругу. Многие уже и не могли вспомнить, как они попадали сюда. Для кого-то пребывание в ожидании, становилось их предназначением. И вот в один момент мгла начала расступаться. Из света вышел человек в белом одеянии и оранжевом отражающем желаете.
- Расходитесь - сказал он. - Сюда больше ничего не прийдёт. Дорогу разобрали, маршруты отменили а весь подвижный состав персональных предназначений отправили на свалку.
Толпа замерла, они поняли, что зря теряли время в ожидании. Кто-то уныло пошел куда глаза глядят, кто-то пошел к человеку спрашивать дорогу на свалку, в надежде самостоятельно отыскать свое предназанчение. И только один человек остался стоять на месте у столба позора. Ему больше не надо було никуда идти, он нашел свое предназаначение.


Молчание

Вот есть состояние невыразимого молчания, когда хочется так сильно молчать, что не получается объяснить это словами. Вот стоишь, пытаешся выговорить это молчание, а слов подобрать не можешь. И вот то всплывает в памяти - как призрачное молчание и вот это - как самая глубокая в мире тишина. Ощущаешь эту тишину, но передать ее не можешь. Рядом люди, они все способны понять, но как только ты заговоришь о тишине - больше не будет никакой тишины. Эта мысль сжимает зубы и не дает вечно шевелящемуся языку, издавать звуки.  И вся эта немая борьба, длится несколько секунд, а потом приходит понимание, что тишина - это там, где нет никого, а значит и не надо никому о ней говорить, иначе они узнают о ней и нечаянно спугнут ее. Они конечно же будут молчать, но именно их молчание спугнет эту тишину. Тишина любит когда о ней никто не знаает.


Время

Триста тысячь часов. Это средний показатель, что бы успеть почувствовать жизнь. Не поставить их на паузу, не промотать вперед или назад. Шаг за шагом истощается их запас, в замен бывает получается что-то получить. Но часто их кто-то ворует. Отнимает, убивает, выбрасывает. Мы сами не лучше. Кому-то удается их использовать очень эффективно, даже кажется, что это идеал и к нему надо стремиться. А может это чьято уловка. Что бы понять это, надо снова потатить немного времени, или много. Кто-то спешит, кто-то отстает, кто-то синхронен. А кому-то все равно. Ведь в конечном итоге из всего этого невероятного объема, собирается несколько десятков по-настоящему ценных секунд или минут. И где-то там в конце - это и будет иметь самую большую ценность. Обидно. Никапельки. Самое важное в этом потоке времени - это текущий момент, именно в нем, время на мгновенье останавливается и дает шанс быть вне его. Мгновение мгновенного бессмертия. Триста тысячь часов мгновенных бессмертий.


Маска

Кто там за личиной маски прячет миллионны масок, одетых на миллионы масок. Маска спрячет неимеющего силу ее снять от тех кто получил силу ее не одеть. Она не добро и не зло. Только инструмент манипуляции. Врожденный порок идеальной системы выживания. Неспособность найти иной путь на новом повороте событий. Невидимый спутник плоти, прикрывающий уязвимые части желания исполнить еще хотя бы один шаг. Уравновешивающий внутренние маятники переживаний и чаянье надежд. Защитник устоявшигося мироощущения, порой переростающий в тиранического хозяина любой ситуации и поглощающий хозяина со всеми потрохами. Бедняшки.


Красота

Глаза оставались неподвижно смотреть на прекрасное нечто.  Незаметно с каждым мигом красота в глазах, теряла свою силу. Маленькие микроскопические кусочки привыкания к красоте впитывались в сознание. Изменения не ощущались, но стояло отвести взгляд хоть на минуту и уже можно было ощутить отсутствие того нечто, которое было при первом созерцании красоты. Статичная, однослойная красота, не могла долго гипнотизировать непрерывно подвижное сознание. Она с каждым гновением созерцания, превращалась в нечто иное. Само сознание даже пыталось в это не верить, оно начинало преукрашать тускнеющую красоту, свежими и яркими воспоминаниями о ней. Но все было зря. Красота исчезала. Оставались только впечатления и воспоминания о ней, имеющие с ней уже очень мало общего. Статичная однослойная красота, всегда проигрывала динамичной и многослойной. Всегда, когда могла ее встретить. Динамичная и многослойная красота открывается только статичной и однослойной и больше никому. Ее не возможно просто так взять и увидеть. Капризная барыня.

Немає коментарів:

Дописати коментар